Стремление человека обезопасить себя от неудач, болезней и зла является столь же древним, как и сам человек. Со времен обитателей пещер амулет, предмет, наделенный тайными магическими силами, выполняет роль защитника человека. Амулеты распространены по всему миру. Внешний вид самих предметов может сильно изменяться, однако их назначение сохраняется, независимо от того, насколько "цивилизованным" является общество, которое их использует. Процесс изготовления артефакта, будь то талисман, амулет или инструмент для магической работы, начинается с момента зарождения первой мысли о нем, момента замысла. Уже в это мгновение начинает формироваться невидимая, ментальная структура будущего артефакта. С этого времени очень важно всё, что происходит вокруг, ибо  все события и явления этого периода являются слагающими факторами формирования предмета Силы. Здесь вы можете купить магическую атрибутику. Ее можно использовать как для проведения магических ритуалов, так и в повседневной жизни. Ритуальные кубки, жезлы, светильники, чаши, свечи, благовония и т.д. Издательство «Метатрон» представляет цикл книг, написанный практикующими магами современности Балтазаром и Манирой. Они познакомят вас с секретами магии, которые могут перевернуть вашу жизнь. Книги откроют вам понимание принципов и законов вселенной, простое следование которым делает невозможное возможным. Ламены из Гримуара "Ars Goetia" является печатями духов из первой части "Малого Ключа Соломона", датируемого 17 веком. Большая часть материала, однако, найдена в различных формах в более ранних манускриптах, датируемых 14-16 веком. Суть оберегов в точности соответствует их названию, их призвание — оберегать людей. Защищать своего носителя от любого направленного негативного воздействия, каким бы оно ни было и откуда бы ни исходило. Высшим синтетическим методом, употребляемых в Оккультизме и, в частности, в магии, является условное выражение точно, одним знаком фактов, законов и начал, соответствующих передаваемой мысли. Такой знак называется Пентаклем или пантаклем. Пентакли не следует смешивать с талисманами. Талисманы способствуют поляризации флюидов: они являются как-бы конденсатором воли магов. Практически во всех культурах кольца носили люди, занимавшие видное положение в обществе. Естественным образом кольцо, обозначая высокое социальное положение, стало знаком власти. Важную роль здесь играли материалы, из которых кольцо изготовлено, и специальные магические знаки, нанесенные на кольцо. Талисманы - работают в сфере ментального плана, затрагивая наши мысли и интеллект. Будучи привязанными к оболочке наших мыслей, талисманы распространяют своё действие в первую очередь на наше астральное тело. В задачу талисманов входит изменение нашего мировосприятия, образа наших мыслей, в какой- то жизненной сфере.
КУПИТЬ АМУЛЕТ КУПИТЬ АРТЕФАКТ КУПИТЬ АТРИБУТ КУПИТЬ КНИГИ КУПИТЬ ЛАМЕН КУПИТЬ ОБЕРЕГ КУПИТЬ ПАНТАКЛЬ КУПИТЬ КОЛЬЦО КУПИТЬ ТАЛИСМАН
  
Моя Рассылка на Mail.ru
Виртуальная магия

КАББАЛА И ЕВРЕЙСКИЙ МИСТИЦИЗМ

Перл Бессерман
Введение в философию и практику мистических традиций иудаизма
Посвящается памяти Джейкоба и Лиллиан Бессерман. Переводчик Анна Блейз

8. Каббала на пороге двадцать первого века

Двадцать лет назад в эпилоге к своей книге «Каббала: путь еврейского мистика»  я писала: «В наши дни каббалисты не проводят активной вербовки новичков в свои ряды. В кампусах колледжей вы не встретите объявлений ни о семинарах, ни о сеансах групповой медитации; лишь изредка попадётся учёный каббалист, который обронит один-другой намёк на лекции, посвящённой еврейскому мистицизму». Но теперь, на пороге нового тысячелетия, еврейский мистицизм, похоже, вступает в полосу обновления. Возродились исследовательские традиции, благодаря чему появились удобопонятные переводы древних текстов, открывающие новому поколению учеников доступ к практической каббале. Следуя примеру великих мистиков – Авраама Абулафии, Исраэля Баал Шем Това и Авраама Кука, — либеральные учителя распахнули двери своих школ перед всеми искренними искателями духовной истины. По образцу таких восточных систем, как йога и дзен-буддизм, каббала вновь стала уделять первоочередное внимание медитативной практике. Наконец, новое измерение в структуру еврейского мистицизма внесло мощное движение женщин-каббалистов. И всё же в свете последних культурных, политических и научных достижений у многих, вероятно, возникнет вопрос: найдётся ли в двадцать первом столетии место для мистицизма в какой бы то ни было форме?

Что окажется сильнее: стремление к бессмертию путём клонирования или желание растворить своё «я» в Небытии? Сможет ли общение с наставником и мистическими товарищами через интернет хотя бы приблизиться к опыту, который обретали в совместной работе сафедские «львята» или мистики Меркабы во время Больших и Малых собраний? Как будут перетолкованы еврейские законы, регламентирующие работу, взаимоотношения с природой, секс, семейную жизнь, отношение к пожилым людям и к смерти в ситуации, когда этические проблемы, связанные с браком, деторождением, абортами, пересадкой органов, правами животных, охраной окружающей среды и правом на смерть, получают новую трактовку едва ли не каждый день? Сможет ли каббала с её ориентацией на простоту и бескорыстие выжить в мире головокружительного технического прогресса и всё возрастающей жажды наживы?

Я не пророк, и ответов на эти вопросы дать не могу. Однако хотелось бы внести несколько предложений, которые, возможно, помогут каббале гармонично войти в жизнь духовных искателей нового столетия.

Секуляризм

Евреи, соблюдающие религиозные предписания, практиковали мистические техники каббалы на протяжении столетий. Мастера каббалы и их ученики были сведущи в иудаистских законах и считали себя членами ортодоксальной еврейской общины. До тех пора, пока Авраам Абулафия не начал принимать в ученики неевреев, такого понятия, как «светская» каббала, не существовало; и даже в среде своих собратьев-мистиков Абулафия оставался исключением. Импульс к секуляризации, заданный Абулафией, почти угас по вине лжемессий Саббатая Цви и Иосифа Франка. Вопреки своей репутации реформаторов, хасиды тоже не отступали от ортодоксального иудаизма. И сколько бы разногласий по поводу теоретической интерпретации Торы и подобающего стиля молитвы ни разделяло мистиков и митнагдим (рационалистов), и те, и другие строго придерживаются одних и тех же законов. Ни один хасид не станет есть некошерную пищу и не сядет за руль автомобиля в субботу. Отличить хасидим от митнагдим непросто даже по манере одеваться. Мужчины в обеих традициях носят одинаковые чёрные шляпы и пальто и выпускают поверх брюк бахрому талит катана (малой молитвенной шали, которая носится под одеждой). Женщины носят одинаковые головные платки, кофты с длинными рукавами и длинные юбки. Так существуют ли вообще «светские каббалисты»? Или само это понятие внутренне противоречиво?

Первым из вероучителей двадцатого века, попытавшимся перебросить мост через пропасть между светскими и ортодоксальными искателями духовной истины, стал рабби Авраам Кук. Он ощущал своё родство со всеми евреями — и ортодоксальными, и неортодоксальными. Свою мистическую версию сионизма Кук проповедовал среди жителей кибуцев и на рыночных площадях нарождающегося государства Израиль. Распространению его учения способствовала популярность его трудов среди евреев-неортодоксов и неевреев. Согласно равви Куку, еврейский народ соответствует сердцу Адама Кадмона, но в опыте Небытия это отличие, как и все прочие, растворяется. Последователям Кука приходилось балансировать на тонкой грани. Для многих обращение к практической каббале означало необходимость сделать выбор между традиционным ортодоксальным иудаизмом и разновидностью универсализма, граничащей с ересью. Однако важно отметить, что учителя, шедшие по стопам Кука, сами оставались ортодоксами, хотя и принимали светских учеников. Это относится даже к самым либеральным каббалистам 60-х годов XX века, которые с готовностью брали в ученики женщин, присоединялись к экуменическим движениям и включали в своё учение популярные восточные техники медитации. Современные женщины-каббалисты пошли ещё дальше по пути секуляризации, но и они опираются на Тору в своих интерпретациях богослужения и прочих ритуалов.

Итак, необходимо ли каббалисту соблюдать еврейские законы или хотя бы просто быть евреем? Нет, если в практике каббалы вы ограничиваетесь только медитациями. Но, учитывая то, что в каббалистических медитациях используется иврит, а также метафоры и символы, восходящие к еврейской Библии, необходимо, по крайней мере, чувствовать душевную близость к еврейской традиции. Аналогичным образом, любой человек может практиковать христианское созерцание либо дзенскую или йогическую медитацию, но только при условии, что он готов принять техники и символы, укоренённые, соответственно, в христианской, буддийской или индуистской традиции. В последние годы всё чаще предпринимаются попытки сопоставления и объединения различных духовных путей. Сегодня можно встретить людей, именующих себя «еврейскими буддистами», «еврейскими христианами», «еврейскими индусами», «еврейскими суфиями (мусульманами)» и даже «еврейскими викканцами» (последователями неоязыческой традиции поклонения Великой Богине). Но мне представляется, что во всех этих случаях эпитетом «еврейский» обозначается не столько религиозная, сколько национальная принадлежность. Обозначением же духовной практики служит второе слово в этих сочетаниях. Такие люди не считают себя каббалистами и не заявляют о своей приверженности еврейской мистической традиции.

С началом нового тысячелетия интерес к западным монотеистическим религиям, вероятно, усилится. На рубеже веков всегда набирают силу фундаменталистские течения и апокалиптические культы — это естественные порождения духовного голода, обостряющегося в переломные моменты, когда уходит старое и зарождается нечто новое. Поэтому можно ожидать, что мистицизм и секуляризм пойдут на взаимные уступки. Изменение общекультурных норм, несомненно, повлечёт за собой перемены в традиции еврейского мистицизма; не исключено, что перемены эти окажутся весьма радикальными, вплоть до резкой секуляризации состава каббалистических школ. Но что бы ни случилось, оплотом каббалы по-прежнему останется медитация, основанная на Торе.

Новые тенденции

В мире мегабайтов и мегаприбылей не так уж часто встретишь человека, готового тратить время на расшифровку старинных текстов. Быть может, поколение, воспитанное в эпоху всеобщей компьютерной грамотности, никогда не узнает, что такое сидеть над книгами, не говоря уже о древних рукописях. Быть может, каббалисты этого нового поколения станут создавать новые мандалы для визуализаций при помощи компьютерной графики. Такого рода индивидуальная работа с Колесницей Иезекииля или, например, с танцующими буквами священных Имён не только будет стимулировать личные творческие способности, но и сослужит добрую службу практикующим каббалистам, предотвратив застой в развитии медитативных техник. В результате каббалисты, обретшие относительную независимость от устаревших социальных обычаев, примут на себя новую ответственность за возрождение мистической практики. Между членами мистических товариществ будут формироваться новые связи, основанные на идеале равенства: на смену жёстким иерархическим отношениям придёт демократичное распределение ролей. В двадцать первом веке отношения между учителем и учеником должны претерпеть трансформацию. Учитель останется духовным наставником, но, по-видимому, его уже не будут воспринимать как непререкаемый авторитет во всех областях жизни. Должны установиться новые эмоциональные границы, отделяющие руководство в искусстве медитации от терапевтических, финансовых и карьерных рекомендаций. Тем самым сократятся возможности для эксплуатации и злоупотреблений, как со стороны учителя, так и со стороны учеников. В общем эгалитарном контексте, которым будет определяться лицо грядущего столетия, члены мистических товариществ откажутся от таких титулов, как «Учитель», «Ребе» или «Цадик», и станут обращаться друг к другу просто по имени. Женщины-каббалисты будут наставлять учеников по всему миру, сидя перед экраном компьютера, а не за традиционной мехицей — загородкой, некогда скрывавшей дочь Баал Шем Това от взоров учеников-мужчин.

Продолжая традицию хасидов, каббалисты, вне зависимости от уровня своего духовного развития, перестанут ограничиваться сугубо духовными обязанностями и будут обращаться к мирским делам. Но миновали времена таких хасидов, как мой дед, который бросил семью и работу, чтобы тринадцать лет провести в праздности за столом своего наставника. Глобализация откроет новые, более широкие профессиональные перспективы, и мистики не реже прочих будут менять сферу деятельности. Тем больше времени они будут уделять «извлечению искр» из повседневных дел, и тем меньше — молитвенному уединению. Наконец, благодаря быстрым и удобным средствам передвижения каббалисты из разных городов и стран смогут собираться для совместных медитаций чаще, хотя продолжительность таких собраний сократится.

Семья и община

Искателям духовности в двадцать первом веке придётся приспосабливаться не только к радикальным переменам, которые повлечёт за собой развитие технологии в сфере трудовой деятельности и коммуникаций, но и к новым, нетрадиционным формам семьи и общины. Либеральная тенденция, заложенная рабби Куком в начале двадцатого столетия, станет общепризнанной нормой, и каббала сделается ещё более доступной. В рядах каббалистов окажутся не только женщины, неортодоксальные евреи и неевреи, но и пары, живущие в гражданском браке, родители-одиночки, геи, лесбиянки и прочие люди, чьё семейное положение или сексуальная ориентация не отвечают традиционным ортодоксальным стандартам. Как и другие системы духовного совершенствования, каббала вынуждена будет пойти на уступки требованиям секуляризованного мира. Типичную духовную общину двадцать первого века будут отличать универсализм и мультикультурный подход. Сохраняя приверженность уникальной еврейской практике медитации, каббалисты всё же будут избавляться от присущего их предшественникам стремления отгородиться от светского мира. Тем, кто желает устранить разрыв между духовной и повседневной жизнью, даже современная хасидская община покажется чересчур сектантской.

В грядущем столетии искатели духовности будут не столь склонны группироваться вокруг харизматических лидеров и пророков. Поддержание «праведной» жизни станет личной ответственностью каждого отдельного каббалиста. Вместо того чтобы подчиняться этическим нормам, которые навязываются им в качестве нравственных или религиозных обязанностей, каббалисты сами станут живыми воплощениями божественных качеств, заключённых в сефирот, и священными сосудами могущественных искр, заключённых в буквах молитв. С расширением старых культурных стандартов древние ритуалы обретут новую жизнь. Практика хитбодедут станет доступна любому, кто стремится достичь слияния с Небытием. А проникновение каббалистической символики в традиционные брачные церемонии, погребальные обряды, ритуалы бар-мицвы и бат-мицвы и обряды празднования субботы обогатит жизнь всех тех, кто пытается придать «современное звучание» древним традициям.

Рост интереса к каббале породит новые формы и методики еврейского образования. Практике Торы станут уделять больше внимания, чем теоретическому её изучению. На смену механическому заучиванию придут более гибкие методы, позволяющие привить ученикам медитативное сознание ещё на ранних этапах освоения еврейского алфавита и ритуалов ежедневной молитвы. В упражнениях на рисование и визуализацию дети будут исследовать живое значение букв, вместо того чтобы тратить время и силы на бессмысленную зубрёжку. Музыка и танцы приобщат их к чувственному восприятию Торы, а идея божественной имманентности будет представать перед ними в андрогинных символах.

Небытие в мире вещей

Таков мой сценарий развития еврейского мистицизма в двадцать первом веке — сценарий весьма оптимистичный. Но в заключение мне всё же хотелось бы поставить несколько непростых вопросов.

1. Не станет ли труднее достигать растворения в Небытии в условиях бурного технологического прогресса?

Несомненно, станет. Мы уже убедились в том, как трудно воспитывать праведность в условиях повсеместного роста преступности и насилия, экономического неравенства, коммерциализации сакрального и развития средств массовой информации. Полагаю, что «извлечение искр» в мире виртуальной реальности окажется ещё более сложной задачей.

2. Не притупится ли восприимчивость людей настолько, что они перестанут отличать мнимые страдания от подлинных?

Нет — у тех, кто будет следовать ежедневной практике хитбодедут.

3. Смогут ли искатели духовности находить время для медитации на фоне всеобщего увлечения техническими новинками?

Смогут, если поймут, что долгосрочная польза, которую приносит медитация, неизмеримо выше кратковременных удовольствий, которые дают технические новшества.

4. Каким образом каббалисты смогут воплощать на практике идеал простоты, если технические устройства, столь властно подчиняющие себе нашу жизнь, становятся всё более сложными?

Для этого они должны будут укреплять в себе медитативный подход к повседневным делам и регулярно практиковать техники, основанные на психологических прозрениях их великих предшественников, таких как рабби Акиба, Ари и Баал Шем Тов. Тогда идеал простоты будет достигнут вполне естественно, без самопринуждения и попыток отгородиться от современных достижений. Кроме того, каббалисты смогут опираться на поддержку своих единомышленников — учителей и друзей.

5. Что конкретно можно предпринять в сложившихся условиях, чтобы обезопасить себя от всевозможных отвлекающих влияний и достичь полноценного опыта Небытия?

Чтобы осознать Небытие, обращайтесь к мирским вещам. Я имею в виду, что к повседневной жизни следует относиться как к непрерывной цепи возможностей для «извлечения искр». В любой ситуации — и радостной, и печальной, и нейтральной — находите мгновение для того, чтобы утвердить в себе медитативное отношение к событиям. Практикуйте хитбодедут всегда и повсюду. Если леность, гнев или жадность искушают вас свернуть с праведного пути, прислушайтесь к звукам текущего момента — просто вслушивайтесь в них, всецело обратившись в слух, и ничего более. В конце концов эти звуки угаснут, и вы погрузитесь в Небытие.